Одной из самых первых ласточек «деревенской прозы» была повесть Василия Белова (род. 1932) «Привычное дело». Явившаяся в свет в начале 1966 года на страницах в ту пору еще малоизвестного журнала «Север» (Петрозаводск), она была перепечатана в «Новом мире» (факт редкостный для журнальной периодики!) и сразу же стала объектом самого пристального внимания критики: ни одно из произведений «деревенской прозы» не обросло таким панцирем односторонних, произвольных интерпретаций, как эта повесть.
Подлинным событием в литературе было появление прекрасной повести В. Белова “Привычное дело” (1966). Взамен стандартных типажей работников “кормоцеха” перед читателем предстал Иван Африканович, характер живой, полнокровный. Без преувеличения можно сказать, что это произведение оказалось таким же этапным событием в литературе, каким в свое время были очерки В. Овечкина. Белов сказал правду о человеке, не идеализируя его. В частности, он вернулся к старому спору, что велся у нас со времен “Бедной Лизы” Н. М. Карамзина, спору о “почве” и “асфальте”, как его охарактеризовала современная критика. Что благотворнее для человека – воздух деревенский или городской?
Уроженец деревни Тимониха Вологодской области. Крестьянский сын, он после школы работал колхозным счетоводом, перебравшись в город, освоил профессии плотника, слесаря, радиотелеграфиста... Затем закончил Литературный институт. Учился здесь на отделении поэзии, однако известность и признание принесла ему проза.
Без деревни городу не прожить, общество это хорошо знает, и тем не менее деревня в России постоянно находится в более невыгодном с житейской точки зрения положении по сравнению с городом. Проблем много. Поэтому писатели-деревенщики пользуются в России особой популярностью и уважением. Василия Белова можно смело назвать лидером среди этой группы писателей. Его произведение «Привычное дело» — важная веха в современной литературе на деревенскую тему.
В последние годы увидели свет произведения, долгое время находившиеся под запретом или не публиковавшиеся и воссоздающие картину духовной жизни советского общества в тридцатые и сороковые годы. Эти книги написаны с подлинной творческой свободой, большей частью без ориентации на немедленную публикацию. Обращение писателей к такому сложному и противоречивому периоду в истории советского общества, как тридцатые—сороковые годы, продиктовано стремлением раскрыть корни тех явлений, которые привели к политическим искажениям и к преступлениям против народа. Поток публикаций, вызвавший настоящий книжно-журнальный бум в конце восьмидесятых годов, можно условно разделить на ряд проблем. Здесь и тема сталинских репрессий, и новый взгляд на коллективизацию, и проблема переселения народов и связанных с ним национальных трагедий, и осмысление судьбы науки, втиснутой в жесткие идеологические рамки. Каждая из этих проблем по-разному освещается различными писателями.
Василий Белов — известный талантливый прозаик. Все его рассказы поражают языком и очевидной талантливостью их автора, завораживают пленительной, медвяной чистотой, пахучей вязью истинно народной речи. Они наполнены любовью к родной природе, к русской сельщине, к отчей деревне.
Васи́лий Ива́нович Бело́в (23 октября 1932, Тимониха, ныне Вологодская область — 4 декабря 2012, Вологда) — русский писатель, один из крупнейших представителей «деревенской прозы».
Сумбурные, мрачные и тягостные годы коллективизации. Северная глубинка. Народ, живший много лет по своим собственным законам, почти ничего не знавший о внешнем мире, вдруг просыпается. Революция породила несколько социальных слоев, хотя должна была всех уровнять. Одни стали самозабвенно трудиться, а другие только притворились, что революционный пыл охватил и их сердца.

Павел Пачин честно трудится. Работа не затмевает ему красоты окружающего мира. Он поэт где-то в глубине души, так как воспринимает все, что видит, довольно одухотворенно. Любит пофилософствовать сам с собой, и не смотря на дичайшую усталость от работы, встает рано утром и здоровается с солнцем.
Март 1966 г. Тридцатичетырехлетний инженер Константин Платонович Зорин вспоминает, как его, выходца из деревни, унижали городские бюрократы и как когда-то возненавидел он все деревенское. А теперь тянет назад, в родную деревню, вот и приехал он сюда в отпуск, на двадцать четыре дня, и хочется баню топить каждый день, но его баня слишком стара, а восстановить её в одиночку, несмотря на плотницкую закваску, приобретённую в школе ФЗО, Зорин не может и поэтому обращается за помощью к соседу-старику Олеше Смолину, да только тот не спешит приниматься за дело, а вместо этого рассказывает Зорину о своём детстве.